Тихий омут [= Прилив ] - Нора Робертс

Глаза, ослепленные любовью, способны видеть некоторые вещи с потрясающей ясностью.

– Ты давно его любишь?

– Мне кажется, всю жизнь, – прошептала Грейс и испуганно вскинула голову. – Ой, прости, я не хотела говорить. Само собой вырвалось.

– Поздно сожалеть. А Этан знает?

– Нет. – Сердце Грейс сжалось от одной мысли о том, как отреагировал бы Этан на ее признание. – Я не должна говорить об этом. Ему бы не понравилось.

– Ну, он нас не слышит, не так ли? – Анна была весьма возбуждена невольным признанием Грейс. Найдя счастье в браке, она хотела того же и для своей новой подруги.

– Зачем я это сказала? Что я наделала! – Грейс прижала ладонь ко рту, чтобы подавить рвущиеся из горла рыдания. – Я все испортила. Все разрушила. Он теперь даже не хочет подходить ко мне.

– Бедняжка Грейс. – Охваченная сочувствием, Анна отбросила нож и, крепко обняв оцепеневшую Грейс, подтолкнула ее к стулу. – Поверить не могу.

– Правда. Он велел мне держаться от него подальше. – Ее голос задрожал, сорвался. Она всхлипнула. – Боже, какой стыд! Не знаю, что на меня нашло. Я никогда не плачу.

– Значит, пора покончить с традициями. – Анна вынула из подставки несколько бумажных салфеток и протянула Грейс. – Не стесняйся. Пореви. Тебе сразу станет гораздо легче.

– Я чувствую себя такой глупой. Грейс прижала салфетки к лицу и разрыдалась так, словно прорвало плотину.

– Не вижу ничего глупого. Тебе нечего стыдиться.

– Есть, есть. Из-за моей глупости мы даже не можем оставаться друзьями.

– И что же ты натворила? – ласково спросила Анна.

– Я навязывалась ему. Я подумала, что.., после той ночи, когда он меня поцеловал…

– Так он тебя поцеловал? – прервала ее Анна. Ну, значит, все не так уж плохо.

– Он был вне себя от ярости. – Грейс прижала салфетки к глазам, сделала глубокий вдох, пытаясь хоть немного успокоиться. – После того, что случилось в баре. Я никогда раньше не видела его таким. Я знаю Этана мною лет, но даже представить себе не могла, что он может быть таким. Я бы испугалась до смерти, если бы не знала его. Он отшвырнул того парня, как пушинку. И потом.., его глаза. Они были такими жесткими.., совсем незнакомыми… – Грейс вздохнула, признаваясь в худшем. – Возбуждающими. О, какая я испорченная.

– Шутишь? – Анна сжала ее руку. – Меня там не было, но я вся просто дрожу от возбуждения.

Грейс улыбнулась сквозь слезы, вытерла лицо.

– Не знаю, что на меня нашло, но Этан так орал на меня, и я сама разозлилась. Мы ругались всю дорогу до моего дома. Он требовал, чтобы я бросила работу в баре, и вообще, вел себя так, будто я слабоумная.

– Типичное проявление мужского шовинизма.

– Вот именно. – Грейс кивнула. Гнев снова вспыхнул в ней, хотя Этана не было рядом. – Типичное. Но от него я этого не ожидала. Потом мы упали на траву.

– Неужели? – Анна даже затаила дыхание, ожидая продолжения.

– Он целовал меня, и я целовала его, и это было чудесно. Всю свою жизнь я представляла, как это будет, и все оказалось гораздо лучше моих фантазий. А потом он отстранился от меня и извинился.

Анна закрыла глаза:

– О, какой же он идиот.

– Он велел мне идти в дом, но, когда я уже была в дверях, сказал, что думает обо мне как о женщине. Не хочет думать, но думает. – Грейс помолчала. – И я понадеялась, что все изменится.

– Я бы сказала, что уже изменилось.

– Да, но не так, как я надеялась. Когда я перед вашим приездом убирала дом, он вдруг вошел, и мне показалось, что.., может быть… Но ничего не произошло… Он отвез меня домой и сказал, что все продумал, и что больше не дотронется до меня, и еще чтобы я держалась от него подальше. – Грейс глубоко вздохнула. – Вот я и держусь.

Анна не сразу нашлась что сказать, только покачала головой.

– Послушай, Грейс, неужели ты так наивна? – Грейс нахмурилась. – Слепому видно, что этот мужчина хочет тебя и боится до смерти своих желаний. Вся власть в твоих руках. Почему ты ею не пользуешься?

– Власть? Какая власть?

– Если Этан Куин действительно тот мужчина, что тебе нужен, ты можешь вить из него веревки. Тебе просто нужно застать его врасплох и соблазнить.

Грейс фыркнула:

– Соблазнить? Его? Ты думаешь, что я могу соблазнить Этана? Чушь! Я не могу.

– Почему?

– Потому что я… – Должна же быть какая-то веская и очень разумная причина, но почему-то Грейс не могла ее вспомнить. – Не знаю. Думаю, я просто не сумею.

– А я думаю, что у тебя великолепно получится. Если хочешь, я помогу тебе, – предложила Анна.

– Ты?

– А почему бы и нет? – Анна отошла к плите помешать свой соус и подумать. – Когда у тебя ближайший свободный вечер?

– Завтра.

– Хорошо. Успеем подготовиться. Я бы забрала Обри на ночь, но это будет слишком прямолинейно, а мы должны действовать тонко. Есть человек, которому ты можешь ее доверить?

– Мама мечтает забрать ее на ночь, но я не…

– Великолепно. С ребенком в доме ты бы чувствовала себя скованно. Я придумаю, под каким предлогом отправить Этана к тебе.

Анна обернулась, окинула Грейс изучающим взглядом. Классически правильные черты лица. Большие печальные глаза. Парень просто обречен на поражение.

– Наденешь что-нибудь простое, но женственное. – Она задумчиво постучала по губам кончиком пальца. – Самое лучшее – пастельные цвета. Светло-зеленый или розовый.

Грейс даже растерялась от такого натиска Анны.

– Ты слишком спешишь.

– Ну, кто-то же должен спешить. Если предоставить вас с Этаном самим себе, то с такой скоростью вы не приблизитесь друг к другу до глубокой старости. Никаких украшений. Минимум косметики. Обычные духи. Этан привык к твоему запаху. Не будем дразнить его.

– Анна, какая разница, что я надену, если его ко мне и на аркане не затащишь?

Поскольку Анна высоко ценила и любила красивую одежду, вопрос Грейс привел ее в недоумение. Поджав губы, она добавила в соус свежий базилик, вынула из шкафчика глубокую сковородку.

– Одежда имеет колоссальное значение. Мужчинам только кажется, будто им все равно, что надето на женщине.., если только она не полуголая. Но на подсознательном уровне они все замечают. Одежда и аромат помогают соединить образ и настроение. Я постараюсь отправить его к тебе поближе к закату. Ты должна зажечь свечи, включить музыку. Куины любят музыку.

– И что я ему скажу?

– Грейс, больше я ничем не могу тебе помочь. Дальше ты должна действовать сама. И держу пари, когда придет время, ты найдешь нужные слова.